Большие серые глаза только искоса взметнулись на него, и от этого приятного ощущения Гамильтон на секунду потерял из виду все остальное.

Потом он попрощался с Фолби у выхода из магазина, а еще минут через пятнадцать появилась Энн. Не в том служебном своем костюмчике, а в элегантном коротком малиновом платье с белой меховой накидкой на плечах.

— Ну до чего же хорошо иметь собственный магазин, — вздохнул Гамильтон, подавая ей руку. — Неограниченные возможности!

— Ты хочешь сказать, что я использую вещи из торгового зала, а потом кладу их назад для покупателей? Это ужасно, Фрэнк! Ты не случайно стал полицейским. Врожденная подозрительность, я ее заметила в твоих глазах еще двадцать лет назад на том школьном вечере.

— Я тогда просто недоумевал — какого ты пола?

— Но через двадцать лет, хоть и с трудом, начал с догадываться, да?

Они уже входили в ресторан, когда лейтенант услышал где-то вдали на соседних улицах тревожный сигнал полицейской сирены… Звук приближался. Энн тоже услышала сирену и уже смотрела на него вопросительным взглядом.

— Сейчас узнаем, — озадаченно произнес Гамильтон.

Он ободряюще взял в свою ее тонкую теплую руку.

Сирена взвыла уже совсем рядом, и через несколько секунд напротив тормознула дежурная машина с Терье за рулем и Фолби рядом.

— Еще раз добрый вечер, мэм! Шеф, Дик заехал за мной, а теперь — мы за вами, — высовываясь из окна сообщил Фолби.

— В чем дело, Майкл?

Сержант покосился на людей, которые явно заинтересовались этой сценой.

— Лучше в машине, шеф.

Гамильтон почувствовал как Энн сжала его руку.

— Можно я с вами, Фрэнк? Пожалуйста!

Фолби в ответ кивнул ему головой, давая понять, что опасного ничего не предвидится.

— Садись, только слушаться меня, если что.

— Да, Фрэнк.

— Куда мы едем, Майкл?

— Конец улицы Генерала Ли, — ответил за него Терье, — нападение гремучки на человека.